Сборник научных статей №1

Роль самостоятельной работы при изучении английского языка в условиях реализации федеральных государственных образовательных стандартов третьего поколения Условия повышения качества профессиональной подготовки конкурентоспособного специалиста Технология комплексной экспертизы качества контрольно-оценочных средств по профессиональному модулю Моделирование проектной деятельности как средство повышения эффективности решения производственных задач в процессе подготовки профессиональных кадров
Аутокомпетентность педагога - структурная составляющая модели повышения профессионально-педагогической квалификации Совершенствование системы обработки путевых листов в ООО "Муравленковская транспортная компания" Гражданско-патриотическое воспитание на уроках истории и обществознания Модульно-блочная система обучения
Самообразование педагога – одна из составляющих его профессиональной компетенции Арт-терапия в групповой работе с обучающимися Система работы по развитию ассертивных качеств физически, психически и нравственно здоровой личности Студенческое самоуправление, его роль в организации воспитательной работы в учреждениях среднего профессионального образования
Интегрированные уроки как средство повышения учебной мотивации Значение социального партнерства в реализации ФГОС СПО Создание образовательного портала в колледже Аспекты развития творческой активности самостоятельной работы студентов
Основные характеристики динамичности современного наукоёмкого производства нефтегазовой отрасли Аксиологическая составляющая обучения при организации самостоятельной работы студентов Особенности уголовной ответственности за легализацию преступных доходов Тьюторское сопровождение как одна из форм обучения в системе высшего профессионального образования
Прототип лингвокультурного концепта "Свобода" Развитие научно-технического творчества молодежи как средство подготовки высококлассных специалистов в колледже Учебно-методический комплекс как основа обеспечения качества профессионального образования Инновационные технологии в реализации проекта «Электронный колледж»

Блогеры

Ирина Дралюк
"преподаватель дисциплин гуманитарного профиля, к.п..."
Наталья Олифиренко
"преподаватель специальных дисциплин, ГБОУ СПО «Ноя..."
Елена Ярвилянина
"зав. отделением «По подготовке рабочих и служащих»..."
Ольга Полетаева
"к.п.н, доцент, Ноябрьский институт нефти и газа, ф..."
Лидия Наумова
"преподаватель истории и обществознания, филиал ГБО..."
Ирина Маркина
"преподаватель физики, филиал ГБОУ СПО ЯНАО «Муравл..."
Адэль Ибрагимова
"педагог-психолог, филиал ГБОУ СПО ЯНАО «Муравленко..."
Ольга Кучина
"заведующая отделом воспитательной работы, филиал Г..."
Лидия Ковб
"методист,филиал ГБОУ СПО ЯНАО «Муравленковский мно..."
Алёна Туголукова
"преподаватель, филиал ТюмГНГУ в г. Ноябрьске"
Козлов
1 post(s)
"д.п.н., профессор, филиал ТюмГНГУ в г. Ноябрьске"
Семенова
1 post(s)
"старший преподаватель кафедры ОГиСЭД, Ноябрьский г..."
Соловьева
1 post(s)
"кандидат юридических наук, ст. преподаватель кафед..."
Лариса Мезенцева
"к.п.н., доцент, филиал ТюмГНГУ в г. Ноябрьске"
Лилия Пашковская
"и.о. зам.директора по учебно-методической работе, ..."
Оксана Кириллова
"кандидат филологический наук, старший преподавател..."
Алексей Шелякин
"Алексей Шелякин не оставил информации о себе"
Галина Шарова
"Галина Шарова не оставил информации о себе"
Виталий Яровенко
"заместитель директора ГБОУ СПО «НКПиИТ» ЯНАО по пр..."

Популярные статьи

Наумова Лидия Васильевна, преподаватель истории и обществознания, филиал ГБОУ СПО ЯНАО «Муравленковсий многопрофильный колледж» в г.Губкинском, г.Гу
Rate this blog entry
с 28 февраля по 4 марта 2007 г. в составе российской делегации от Ямала мне посчастливилось побывать на семинаре „Система подготовки кадров и перспект
Rate this blog entry
Шелякин А.С., директор фил. ТюмГНГУ в г.Муравленко, канд. техн. наук, доцент кафедры ЭОМ Института транспорта   Жизнь современного общества немысл
Rate this blog entry
Овчинникова И.В., преподаватель иностранного языка ГБОУ СПО "Ноябрьский колледжпрофессиональных и информационных технологий" ЯНАО   В соответствии
Rate this blog entry
  Пашковская Л.А., старший методист, канд. пед. наук ГБОУ СПО «Ноябрьский колледж профессиональных и информационных технологий» ЯНАО, e-mail: PLA75
Rate this blog entry
Маркина Ирина Викторовна, преподаватель физики, филиал ГБОУ СПО ЯНАО «Муравленковский многопрофильный колледж» в г.Губкинском, г.Губкинский, ЯНАО  
Rate this blog entry
0 голосов
   Яровенко В.А., заместитель директора ГБОУ СПО «НКПиИТ» ЯНАО по профессиональной подготовке, к.п.н., vitalij.yarovenko@gmail.com   В статье предс
Rate this blog entry

Комментарии к блогам

No comments yet.

Блоги

Блоги сайта на разные темы. Создавайте, комментируйте, критикуйте.

Прототип лингвокультурного концепта "Свобода"

Автор Оксана Кириллова
Оксана Кириллова
кандидат филологический наук, старший преподаватель кафедры ОГиСЭД Ноябрьский гуманитарно-экологический инстит...
Пользователь не на сайте
Четверг, 16 Январь 2014 в Сборник научных статей №1

 

Кириллова О.А., кандидат филологический наук, старший преподаватель кафедры ОГиСЭД Ноябрьский гуманитарно-экологический институт (филиал) ТюмГУ

 

В настоящее время лингвистика характеризуется стремлением к междисциплинарности научных исследований, к синтезу научных подходов и направлений исследования. Современное направление лингвистики – когнитивная лингвистика стремится понять, как обрабатывается человеком поступающая извне информация, описать те тенденции, которые характеризуют виденье мира сообществом людей, говорящих на одном языке. Еще одно актуальное направление лингвистики – лингвокультурология посвящает свои исследования сопряженному изучению таких феноменов, как культура, язык и сознание, что позволяет исследователям представить более достоверную характеристику концептам, содержащим в себе многоаспектное знание. К подобным концептам относится ключевой концепт русской культуры, ментальное образование с доминирующим аксиологическим началом – концепт «свобода».

 

Целью данного исследования является выявление прототипа концепта «свобода» на основе анализа ценностной и понятийной составляющих линвокультурного концепта.

 

Мы используем в данной работе прототипический подход, в его основе «лежит представление о некотором ярком образце, вокруг которого и формируются естественные категории в виде других, сходных с ним по тем или иным характеристикам, элементов».

 

Концепт «свобода» понимается в рамках настоящего исследования как культурный знак, своего рода культурный транслятор, передающий современникам социальный опыт прошлого, обеспечивающий духовное общение. Именно наличие ценностной составляющей отличает лингвокультурный концепт от других ментальных единиц. Для того чтобы какое-то явле¬ние окружающей действительности стало базой для образования концепта, оно должно не просто присутствовать в той или иной культуре, но и быть значимым для ее носителей. Оценивание того, что имеет место, случается или происходит в мире, – неотъемлемый атрибут деятельности человека [15. С. 181].

 

Наличие трех составляющих – понятийной, ценностной и образной – в структуре лингвокультурного концепта позволяет определить связь концепта с языком, который его объективирует, с культурой как национальной системой ценностей, а также с сознанием человека и его деятельностью. В современ¬ной терминологии подобные концепты называют калейдоскопическими (этническими, бытийными, социальными, культурными), так как «их содержание определяется нормами бытования социума, они представляют знания о внутреннем мире самого человека» [2. С. 36].

 

Свобода обладает структурой гештальта, поскольку относится к абстрактным вербально выраженным сущностям, обладающим большим объемом и многомерной структурой. В языковой репрезентации абстрактных имен нет четкости, однозначного толкования, каждый индивид воспринимает мир по-своему, в каждый концепт он вносит элементы субъективного восприятия, и лишь некоторые из этих элементов поддерживаются общественным сознанием и закрепляются в языке в понятиях и значениях [5.С. 76]. На трудность описания абстрактных имен справедливо указывает Н.Н. Болдырев: «формирование наиболее полноценного знания возможно лишь в результате сочетания разных способов: и чувственного созерцания, и предметной деятельности, и осмысления, и языкового общения» [6. С. 25].

 

Рассмотрим ценностный компонент концепта «свобода». Ценностный компонент присущ любому ментальному образованию, отражающему духовную и социальную жизнь человека. Свобода – концепт, относимый к константам культуры (Ю. С. Степанов), представляет собой телеономный концепт (С. Г. Воркачев), воплощающий высшие духовные ценности, определяющий нравственный идеал человека. Телеономные концепты могут принимать «антагонистическую», отрицательную форму и представлять нравственному сознанию «антиценности» – то, борьбе с чем можно посвятить свою жизнь: зло, подлость, несправедливость» [8. С. 24]. Свобода отражает динамику отношений между личностью и ее природным, духовными социальным окружением, а также регулирует внутриличностные отношения, взаимодействие стремлений человека, его действий и природных, традиционных, религиозных, этических, экономических, социальных, юридических норм [1. С. 73 – 74].

 

Таким образом, содержание исследуемого нами концепта постоянно изменяется в зависимости от состояния и структуры общества, характера языковой личности и национальной картины мира, и динамика этих изменений естественным образом находит свое отражение в языке. Ценностная составляющая лингвокультурного концепта «свобода» определяется прежде всего тем, что этот концепт имеет отношение практически ко всем сферам человеческой жизни и составляет сущностную характеристику самой экзистенции человека.

 

Определяющим компонентом в структуре концепта считается понятийный компонент, составляющий ядро концепта. Вторым по значимости является образный компонент, опредмечивающий в языковом сознании образы и метафоры, через которые постигаются абстрактные сущности.

 

Как известно, культура того или иного общества характеризуется своим, только ей присущим когнитивным строем, элементами которого являются узуальные установки, архетипы, модели, артефакты. Как было отмечено выше, концепт «свобода» является своего рода культурным транслятором, поэтому представляется интересным рассмотреть этот концепт в рамках определенной культуры. Следует отметить, что в докультурном, архаическом сознании концепт «свобода», несомненно, имел место и осознавался человеком как следствие его сенсорно-моторного опыта. Архаическое сознание характеризовалось нечеткой рубрикацией явлений, ограниченностью и фрагментарностью сенсорно-моторной информации о мире, допонятийным схватыванием действительности, что обусловливало отсутствие в сознании жестко выстроенных логических структур [13. С. 30].

 

По мнению М. Джонсона, абстрактные концепты могут иметь в качестве исходной ступени своего развития физический опыт, основанный на особенностях устройства и функционирования человеческого тела. Опорой формирования таких концептов могут быть первичные представления человека о границах своего тела, т.е. о мире «внешнем» и мире «внутреннем». Поэтому когнитивной единицей, способной охарактеризовать, докультурнй концепт «свобода», может служить образ-схема – «повторяющийся динамический образец наших процессов восприятия и наших моторных программ, который придает связность и структуру нашему опыту» [17. С. 14].

 

Исходя из вышесказанного, можно утверждать, что архаическим сознанием концепт «свобода» не выделялся как дискретная единица, но существовал в форме образа-схемы сенсорно-моторных способностей человека. Можно предположить, что свобода являлась сущностью самого человека наряду с такими сенсорно-моторными способностями человека, как движение и дыхание, которые происходили беспрепятственно. Своеобразие архаического интеллекта характеризуется тем, что одно наименование могло относиться одновременно к некоторому количеству различных объектов действительности, имеющих незначительное сходство, например, по форме или какому-либо другому качеству предмета или явления. Увидеть движение или дыхание как сущностное проявление свободы человека и зафиксировать его в архаическом сознании, а также накопить комплекс образов и ощущений, связанных с концептом «свобода», – для этого требуется довольно длительное время. В перцептивной системе человека доминирует, как известно, зрительный канал, поэтому в архаическом сознании преобладают, по мнению ученых, зрительные впечатления. Поэтому возможно, на наш взгляд, предположить, что архаическое сознание к категории движения могло отнести и зрительно зафиксированный образ беспрепятственно растущих растений, деревьев, детей. Из этого следует, что в архаической картине мира концепт «свобода» представляется как физиологическая способность человека и ассоциируется с такими концептами, как «человек», «движение», «дыхание», «дети», «рост».

 

За отсутствием достоверных языковых фактов, описывая концепт «свобода» в архаической картине мира, мы можем основываться только на предположении, а для более достоверного анализа прибегнем к этимологическому анализу концепта «свобода». Анализ словарных дефиниций позволяет выявить основы прежде всего его понятийной составляющей, что создаст базу для дальнейшего изучения концепта в современной языковой картине мира.

 

Для освещения сути вопроса нам необходимо обратиться к античной культуре. Не может быть сомнения в том, что различные культуры, цивилизации и эпохи дают свое толкование свободы. Античная культура характеризуется особым способом приобретения, хранения и передачи знания. По мнению философа М. К. Петрова, таким способом приобретения, хранения и передачи знания является «универсально-именной тип кодирования», который образовался в результате «революционного срыва преемственности» [12. С. 48]. Это означает, что античная культура является уникальной в силу того, что в центре античной картины мира стоит «универсальная личность», сформировавшаяся в результате того, что в бассейне Эгейского моря «землевладельцу пришлось осваивать несколько профессий, переводить их в личные навыки, овладевать разделенными прежде очагами профессионального знания» [12. С. 51].

 

В каждом из индоевропейских обществ господствует противопоставление статусов свободного человека и раба: греческое слово eleutheros и латинское слово liber восходят к протоиндоевропейскому leudh– «расти, развиваться». Этот корень (*leudh-) дает в славянском- старославянском людъ «народ», людие «люди», в германском - др. -в. -нем. Hut, др.-англ. leod, совр. нем. Leute «люди». Глагольный корень дает в готском liudan «расти», в индоиранском – санскр. rudh-, авест. rud – «расти, развиваться» [3. С. 355].

 

Э. Бенвенист в своей работе «Словарь индоевропейских социальных терминов» исследует происхождение названий социальных понятий и социальных институтов. Основным понятием, создающим внутреннюю структуру этих институтов, является понятие «свободный человек». Первоначальным значением понятия «свободный», как не без оснований полагают многие исследователи, оказывается значение принадлежности к этнической группе, обозначенной метафорой роста (leudh – «расти, развиваться»). Эта принадлежность дает человеку привилегии, которых никогда не имеет чужестранец и раб [3. С. 356]. Объясняется это формулой, встречающейся в латинских и греческих юридических текстах, которая выражает цель брака – лат. liber(or)um quaesundum causa (или gratia) «ради получения законных детей». Эту формулу можно перевести как «ради получения свободных (существ)», поскольку цель брака состояла в том, чтобы дать тем, кто будет рожден, положение свободных людей, узаконив их рождение. То есть liber, полностью соответствующий «законнорожденный», завершило свой путь созданием независимого термина liberi «дети» [3. С. 357].

 

Понимание свободы в значении принадлежности к этнической группе как к члену своего рода характерно и для русской языковой личности. Это подтверждают этимологические данные. В древних славянских переводах греческое eleutheros «свободный, вольный, независимый» передается словом «свободь» (свободное лицо). Но свобода данного лица была ограничена пределами рода. Таким образом, для древнерусского сознания свобода отнюдь не являлась абсолютной независимостью от власти рода, ограничения, налагаемые «своими», не ощущались [10. С. 73–75]. Подобное понимание свободы существует и сегодня [9].

 

А. Г. Лисицын отмечает, что в древнерусских текстах «свободити» чаще всего употребляется со словами работа, рабство, слово «свободь» противопоставлено словам раб, работа, рабство, то есть «свобода понимается и как проти¬воположность рабскому состоянию, а всякое освобождение воспринимается как свобода от рабства». Когда кого-то освободили, то его «сделали своим, вернули к своим, сделали достоянием своих», любой свой свободен, даже если он находится в зависимости у кого-то из своих, так как зависимость от своих, своего не ощущается [10. С. 74]. Такое понимание свободы характерно именно для русской культуры, основу которой составляет патриархальность общества; политическое же понимание свободы оформлялось, по нашему мнению, иначе.

 

Второе направление развития понятийного ядра концепта «свобода», характерного для западноевропейской культуры, реализуется также через метафору роста, но в данном случае – через приумножение возможностей человека: приумножение многих навыков, выход за пределы «профессиональной» ограниченности в пространство «человека вообще» позволили античному человеку осознать себя личностью, осознать свою политическую свободу. В центре античной картины мира стоит человек, который, обретая свободу, терял прежнюю родовую опеку и защиту и вынужден был действовать, опираясь на собственную решительность и сообразительность.

 

На наш взгляд, в ядерном пространстве концепта «свобода» можно выделить первичную семантическую основу, своего рода матрицу концепта, базой для которой может служить метафора «роста, развития», которые осуществляются в античной культуре через «умножение профессий», никак не связанное с индивидуальным ростом человека [12. С. 45].

 

Античная свобода реализуется через рост возможностей, ограниченных в традиционном обществе отношением «отец – сын», когда «наследственное» профессиональное знание, посредством которого человек входит в социум, ограничивает не только жизненное пространство человека, но и его самосознание. Поэтому человек, исчерпывающийся профессией, не мыслит себя как нечто, находящееся над системой общества, выходящее за рамки этой системы, то есть свободное. Утверждение универсализма в Античности приводит к появлению «двусубъектных схем деятельности», связанных отношениями «господин-раб», «в которых один выполняет функции памяти – программирует через слово деятельность, «разумно движет, оставаясь неподвижным», а другой (или другие) реализует заданную в слове программу в дело, «разумно движется, оставаясь неразумным»» [12. С. 51].

 

В результате появления «двусубъектных схем деятельности», характеризующих античное общество, на периферии исследуемого нами концепта появляется семантический признак 'господство, власть'. А поскольку господство одного, «в силу своей природы властвующего», подразумевает подчинение другого, «в силу своей природы подвластного», данная схема соответствует представлению о наивысшей, по мнению Аристотеля, добродетели – справедливости. В демократиях свобода, как он полагал, трактуется как «возможность делать что угодно». Согласно Аристотелю, не личная, а государственная справедливость, признается основной добродетелью, которая должна основываться прежде всего на добровольном подчинении законам государства.

 

Исходя из вышеизложенного, можно предположить, что концепт «свобода» в античном понимании образован наложением концептов «полис»/«государство», «справедливость», «господство»/«власть», «рабство»/«подчинение». Первичная семантическая основа 'процесс роста', является своего рода стержнем: Libertas (свободой) обладают только свободные граждане полиса, поэтому в структуре античного концепта «свобода» можно выделить следующие семантические признаки: 1) 'процесс роста', 'развитие' – как приумножение навыков, умений, возможностей и, как следствие, рождение самостоятельной личности; 2) 'полис', 'государство' – как необходимое условие существования и реализации свободы, своего рода античный упорядоченный космос; 3) 'справедливость' – как наивысшая добродетель, определенный ценностный ориентир античного общества; 4) 'господство-рабство' или 'свобода-несвобода' – как единство двух полярных элементов, в рамках взаимоотношений которых происходит выделение понятийного ядра исследуемого концепта.

 

Характер отношений между концептами «свобода» и «несвобода» подобен характеру отношений между основными мифологическими понятиями античности «хаос» и «космос», формирующими античный смысл понятия. В. С. Библер, характеризуя «исторические формы понимания» в античное время, пишет: «понять предмет мыслительного внимания означало определить хаос, эйдетизировать его в космос, в упорядоченное, «украшенное», эстетически значимое бытие, ... не «познать» предмет в его «сущности» (в его инерционном способе действия на другое), но перевести хаос в космос, огранить неопределенное – вот в чем заключается античный смысл понятия ... » [4. С. 4-5]. Противопоставление этих мифологических понятий, как и оппозиция «свобода-несвобода», носит методологический характер, поскольку, несмотря на то, что «хаос» и «космос» являются противоположными сущностями, они в то же время немыслимы друг без друга.

 

Как было сказано выше, латинское слово libertas исходно означает статус «liber», то есть лицо, не являющееся рабом, поэтому следующим этапом образования понятийного ядра концепта «свобода» является отрицание, то есть «отрицание ограничений, налагаемых рабством». Итак, античная свобода – это, прежде всего, возможность быть гражданином города-государства. Отрицание ведет к формированию ядерного пространства концепта свободы, заключенного в слове libertas «в направлении, намеченном Цицероном: Quid est enim libertas? Potestas vivendi ut velis (ибо что есть libertas? Возможность жить как ты хочешь). Разумеется, никто не может жить полностью, «как он хочет», или делать все, что он захочет по причине разнообразных ограничений, налагаемых на жизнь человека. Быть в состоянии жить, как ты хочешь, означает контролировать свою жизнь – как может liber и не может раб» [7. С. 213].

 

Полагаем, что именно в античной культуре понятийное ядро современного концепта «свобода» сформировалось и получило две различные линии его развития, укоренившись в западноевропейской и русской культурах. Западноевропейская культура стала колыбелью политической свободы; русская культура, напротив, многие столетия сохраняла патриархальную свободу, элементы которой можно найти и в современности.

 

На современном этапе развития общества понятийная составляющая концепта «свобода» включает следующие значения, зафиксированные в словарях: 1) способность человека действовать в соответствии со своими целями и интересами, опираясь на познание объективной необходимости – Свобода – это осознанная необходимость; 2) отсутствие политического и экономического гнета – Стали думать о свободе от турок; 3) отсутствие рабства – Крепостной земледелец собирал деньги, чтобы купить себе свободу; 4) состояние того, кто находится в заключении – лишение свободы; 5) личная независимость – Жить в обществе и быть свободным от общества нельзя; 6) возможность действовать без ограничений – Свобода торговли; 7) легкость – Он отвечал урок свободно и уверенно; 8) непринужденность – В его манерах сквозила свобода, доходящая до развязности; 9) (разг.) свободное, незанятое время – Обед считался часом отдыха и свободы [11. С. 165].

 

Таким образом, анализ словарных дефиниций показывает, что слово свобода, полисемантично. Вместе с тем, как отмечают исследователи, существует «некоторый общий смысл, объединяющий эти значения» [11. С. 165].

 

Лексикографический анализ показывает, что семема слова «свобода» объединяет семы 'независимость', 'отсутствие ограничений, стеснений' и определяется как «состояние, характеризующееся отсутствием стеснений, ограничений». Семема слова «свобода» трактуется также как возможность проявления субъектом своей воли на основе осознания законов развития природы и общества. Таким образом, значение слова «свобода» содержит в себе сему 'ограничение' (законами развития природы и общества), тогда как, например, «воля» – это полная свобода, связанная исключительно с желаниями и их реализацией. Следовательно, прототип концепта «свобода», таким образом, формируется следующими значениями: 1) возможность делать, что хочешь, поступать по своему желанию; 2) отсутствие ограничений, стеснений.

 

Итак, понятийная составляющая современного концепта «свобода», формируется его базовыми значениями, зафиксированными словарными дефинициями. А.С. Солохина на основе анализа лексикографических источников выделяет четыре базовых значения концепта «свобода»: 1) возможность делать, что хочешь, поступать по своему желанию; 2) отсутствие ограничений, запрещений в политической области; 3) вообще отсутствие ограничений, стеснений; 4) свобода как нахождение не в заключении, рабстве [14. С. 54–55].

 

Опираясь на анализ словарных дефиниций различных словарей, А.С. Солохина выделяет дополнительно к прочим еще несколько значений: 1) легкость, отсутствие затруднений в чем–либо; 2) непринужденность, отсутствие связанности; 3) свободное, незанятое время, досуг. Чтобы выяснить, какой из представленных компонентов значения понятийной составляющей концепта актуализируется в сознании носителей языка в первую очередь и, следовательно, составляет ядро концепта для современ¬ных россиян, исследователь использует метод социолингвистического опроса и выделяет самое распространенное понимание свободы по результатам анкетирования: (1) возможность делать, что хочешь, поступать по своему желанию. (Отметим, что это значение совпадает с первым значением, зафиксированным в словарях). Остальные значения расположились в таком порядке: (2) легкость, непринужденность, отсутствие затруднений в чем–либо, отсутствие связанности; (3) нахождение не в заключении, рабстве; (4) вообще отсутствие ограничений, стеснений; (5) отсутствие ограничений, запрещений в политической области; (6) свободное, незанятое время, досуг.

 

Согласно данным эксперимента, проведенным А. С. Солохиной, первые три значения в представленном списке, обладающие близкими индексами, являются ядерными. «Следовательно, пишет А.С. Солохина, на основании полученных результатов, мы можем сделать вывод, что свобода в понимании современного россиянина, прежде всего, связана с потребностью реализовать свои желания и стремления. Вероятно, подобное понимание концепта обусловлено тем, что человек в современ¬ном обществе в большинстве случаев должен соизмерять свои желания с желаниями других людей, действовать в рамках закона и норм поведения, принятых в обществе, которые, предстают, таким образом, ограничителями сво¬боды. Кроме того, свобода – это легкость и непринужденность (возможно, имелась в виду свобода движения, когда у человека не связаны руки, свободная одежда и т.п.), а также нахождение не в заключении» [14. С. 59]. В своем исследовании автор отмечает, что такое значение свободы, «отсутствие ограничений, запрещений в политической области», опрашиваемые поставили на предпоследнее место, хотя в русских словарях оно идет вторым.

 

Следует отметить, что в лингвистической литературе анализ концепта «свобода» часто представлен вместе с анализом специфического русского концепта «воля», ближайшего соседа концепта «свобода» в русской языковой картине мира, характер взаимоотношений которых заслуживает отдельного рассмотрения.

 

Е. В. Урысон предлагает следующее толкование центрального значения концепта «свобода», которое, по нашему мнению, в полной мере отражает его прототип: Свобода (словарное толкование) = «положение дел (ситуация), при котором человек может делать то, что хочет, потому что никто его не ограничивает, благодаря чему субъект испытывает очень приятное чувство». Автор видит специфику понятийного компонента концепта «свободы», в отличие, например, от «воли», в модификации его основного значения, которая заключается в сдвиге семантического акцента внутри значения лексемы. «Свобода (модификация словарного толкования; ср. чувство свободы) = «очень приятное чувство, которое обычно испытывает субъект, когда он может делать то, что хочет, потому что никто его не ограничивает» [16. С. 696].

 

Итак, мы описали ценностную и понятийную составляющие концепта «свобода» в русской языковой картине мира. При этом центральными значениями концепта «свобода», зафиксированными в словарном фонде и формирующими его прототип в сознании носителей русской лингвокультуры, являются следующие значения: 1) возможность делать, что хочешь, поступать по своему желанию; 2) отсутствие преград, ограничений. Однако, соглашаясь с точкой зрения Е.В.Урысон, считаем, что прототип понятийной составляющей концепта «свобода» содержит еще один дополнительный, эмоциональный компонент, – «очень приятное чувство, которое обычно испытывает субъект, когда он может делать то, что хочет, потому что никто его не ограничивает» [16. С. 696].

 

Список использованных источников и литературы

  1. Арутюнова, Н. Д. Воля и свобода [Текст] / Н. Д. Арутюнова // Логический анализ языка. – М. : Индрик, 2003. – С. 73–99.
  2. Бабушкин, А. П. Типы концептов в лексико-фразеологической семантике языка [Текст] / А. П. Бабушкин. – Воронеж : Изд-во Воронежского государственного университета, 1996. – 104 с.
  3. Бенвенист, Э. Общая лингвистика [Текст] / Э. Бенвенист / Под. ред., с вступит. статьей и комм. Ю. С. Степанова. – М. : Прогресс, 1974. – 448 с.
  4. Библер, В. С. От наукоучения – к логике культуры. Два философских введения в двадцать первый век [Текст] / В. С. Библер. - М. : Политиздат, 1991. – 412 с.
  5. Богданова, С. Ю. Концептуализация и реконцептуализация пространственных отношений (схема «контейнер») [Текст] / С. Ю. Богданова // Вопросы когнитивной лингвистики. – 2006. – № 1. – С. 69–80 .
  6. Болдырев Н.Н. Когнитивная семантика [Текст] / Н.Н. Болдырев. – Тамбов, 2000. – 132 с.
  7. Вежбицкая, А. Язык. Культура. Познание [Текст] / А. Вежбицкая. – М. : Русские словари, 1996. – 416 с.
  8. Воркачев, С. Г. Сопоставительная этносемантика телеономных концептов «любовь» и «счастье» (русско-английские параллели) [Текст] / С. Г. Воркачев. – Волгоград : Перемена, 2003. – 164 с.
  9. Кошелев, А. Д. К эксплицитному описанию концепта «свобода» [Текст] / А. Д. Кошелев // Логический анализ языка. Культурные концепты. – М. : Наука, 1991. – С. 61–64.
  10. Лисицин, А. Г. Анализ концепта «свобода – воля -вольность» в русском языке [Текст] : дис. ... канд. филол. наук / А. Г. Лисицин. – М., 1995. – 259 с.
  11. Маслова, В. А. Когнитивная лингвистика : Учеб. пособие [Текст] / В. А. Маслова. – Минск : ТетраСистемс, 2004. – 256 с.
  12. Петров, М. К. Историко-философские исследования [Текст] / М. К. Петров. – М., 1996. – 511 с.
  13. Режабек, Е. Я. Культура как метарегулятив любых форм жизнедеятельности [Текст] / Е. Я. Режабек // Гуманитарные и социальные науки. – 2008.- № 2. – С. 29–39.
  14. Солохина, А. С. Концепт «свобода» в английской и русской лингвокультурах [Текст] : дис. ... канд. филол. наук / А.С. Солохина. – М., 2005. – 191 с.
  15. Телия, В. Н. Русская фразеология : семантический, прагматический и лингвокультурологический аспекты [Текст] / В. Н. Телия. – М, 1996. – 288 с.
  16. Урысон, Е. В. Еще раз о свободе и воле [Текст] / Е.В. Урысон // Сокровенные смыслы : Слово. Текст. Культура : Сб. статей в честь Н. Д. Арутюновой / Отв. ред. Ю. Д. Апресян. – М. : Языки славянской культуры, 2004. – С. 694–703.
  17. Johnson, M. The body in the mind : the bodily basis of meaning, imeaning, imagination, and reason. Chicago. 1987. – 233 p.
Рейтинг
0 голосов
кандидат филологический наук, старший преподаватель кафедры ОГиСЭД Ноябрьский гуманитарно-экологический институт (филиал) ТюмГУ

Комментарии

Чтобы добавить комментарий, сначала войдите, пожалуйста